Отзывы о фильме «Срок» в день его онлайн-премьерыОтправной точкой сюжета (если о нем вообще можно говорить в случае «Срока») является митинг оппозиции 6 мая и последовавшие за ним события — инаугурация Владимира Путина, «Оккупай Абай», судебные процессы и т. д. Главными героями фильма естественным образом становятся лидеры волны «болотного» протеста: Алексей Навальный. Сергей Удальцов. Илья Яшин. Ксения Собчак. Борис Немцов и другие. Второстепенными персонажами стали журналисты, обсуждающие протестное движение на вечеринках в клубе Zavtra, и прочие люди из ближайшего окружения героев. Поскольку Павел Костомаров и Александр Расторгуев работали без сценария, после окончательного монтажа «Срок» превратился в слегка упорядоченную хронику протестного движения, в которой каждый из зрителей найдет свой сюжет.

«Газета. Ru» собрала мнения о фильме у общественных и политических деятелей и журналистов, так или иначе причастных к событиям в России 2012–2013 годов, о которых повествует фильм.

Илья Яшин, оппозиционер:

«Я не смотрел, к сожалению, но собираюсь. Интересно. Прочел о фильме противоречивые отзывы. В любом случае, независимо от того, понравится мне фильм или не понравится, масштаб работы, который проделали Костомаров, Пивоваров и Расторгуев, впечатляет, и слова благодарности они точно заслужили, вне зависимости от того, как отзываются об их работе герои фильма. Я видел, как они работали, как они относятся к этому своему детищу. Они очень много времени посвятили этой работе, фактически жили нашей жизнью на протяжении многих месяцев».

«Я посмотрела фильм, и мне кажется, самое большее, что я могу сделать для него, — это промолчать. Мне очень не хочется обижать хороших людей, которых я очень люблю, — создателей фильма, но фильм мне не понравился. Мне очень нравится каждый эпизод. Я узнаю каждый кадр, я видела все эти эпизоды, когда они появлялись, и в этом фильме очень много для меня близких и родных людей, включая второй план. Самый долгий второй план, например, с моим одноклассником, что мне очень приятно. Для меня это важный фильм. Но как художественное высказывание, мне кажется, он не получился. Более того, я считаю, что он не про то. В нем нет ощущения времени, в нем нет ощущения эпохи, ощущения нас. Хотя в каждом эпизоде, который снимался, это было. Мы все знаем лав-стори Ксении Собчак, мы наблюдали ее в прямом эфире. Но то, что было вокруг этой лав-стори, было гораздо глубже, больше и интереснее. То, что с нами происходит в последние годы, может быть, и история любви, но это не история любви Ксении Собчак. Мы видели очень много историй любви на «Оккупай Аббае» на Чистых прудах, где были и свадьбы, и все-все-все. Мы видели вокруг тех событий очень много хороших и плохих лав-стори. Это (история Собчак) — лишь одна из них, такая же трагичная, забавная, непредсказуемая, но не главная. После просмотра фильма было грустно, но грустно не потому, что кто-то проиграл, а потому, что фильм не получился».

Юрий Сапрыкин, шеф-редактор компании «Афиша»:

«Мне кажется, что оценки фильма довольно единодушны. Число людей, которым он активно не понравился, невелико, хотя я вполне уважаю их позицию. Мне кажется, что вообще неправильно рассматривать этот фильм как какую-то объективную летопись протестных событий или какое-то окончательное высказывание об истории оппозиционного движения в России. Это кино, это художественное произведение, его сделали конкретные люди со своим взглядом на мир. И если посмотреть другие работы режиссера Александра Расторгуева, то окажется, что этот взгляд на мир и эта изобразительная эстетика, приемы съемки и монтажа не были изобретены специально для того, чтобы рассказать про Навального или про Яшина. Эта жесткая камера, которая залезает человеку прямо в душу и показывает его, может быть, не в самом приглядном виде, так или иначе фигурирует во всех работах Расторгуева, зачастую даже в гораздо более жесткой форме.

Мне это кино скорее понравилось. Мне кажется, что снято оно одновременно с иронией и с какой-то нежностью к своим персонажам. Да, многие люди и многие сцены, которые показаны в фильме, выглядят каким-то торжеством инфантилизма, что, наверное, не очень к лицу серьезным политическим деятелям. Ну, значит, так авторы их увидели, значит, так эти люди позволили себя увидеть, так они себя показали. Если ты не хочешь, чтобы кто-то увидел, как ты пляшешь до потолка под песню «Кислотный диджей» в клубе «Завтра», ну не ходи в клуб «Завтра». А так это хорошее кино, ироничное, лирическое, местами жестокое по отношению к персонажам, местами напоминающее о довольно жестоких вещах, которые действительно в это время имели место. Еще мне кажется, что этот фильм — не хроника событий от 4 декабря 2011 года до какого-то окончательного распада протестного движения. Это фильм, который хронологически начинается с мая 2012-го, с событий на Болотной площади, и идет до выборов мэра, в которых принимал участие Навальный, достаточно произвольно выхватывая события из этого временного ряда. Это уже, скажем, не самый романтический и не самый героический период жизни российской оппозиции. Это уже период разочарования, переоценки ценностей, каких-то неловких попыток собрать все заново, тоски и депрессии, в которую впадают отдельные ее герои, или, наоборот, неоправданного веселья. И вот это время здесь, по-моему, очень точно схвачено. С одной стороны, это очень хлесткое и едкое кино, с другой стороны — очень теплое и грустное. Вообще, редко когда произведения искусства дают испытать по полной программе иронию и нежность одновременно. С одной стороны, люди, которые здесь показаны, творят какие-то нелепости, с другой — видно, как их перемалывают какие-то силы судьбы, силы российской политики, и всех жалко, и как-то все это ужасно пронзительно, и весь этот комплекс чувств ты испытываешь одновременно».

Галина Тимченко. бывший главный редактор «Ленты. Ru»:

«Мне кажется, фильм получился. Другое дело, что он получился не таким, каким его хотели видеть представители оппозиции, и не таким, каким его хотели видеть представители власти. Но это авторское право Расторгуева. Просто Саша очень независимый человек со своим очень жестким документалистским взглядом, который совершенно не склонен приукрашивать и лакировать действительность, какой бы она ни была и как бы ему ни были симпатичны герои. Фильм вообще не про протестное движение, как мне кажется. Фильм про людей, которые там были».

Антон Носик, медиааналитик, блогер:

«Я слышал о проекте, но фильм еще не посмотрел. Но сам проект был очень интересный. Я следил за ним все время, пока он существовал в коротком метре. Про сам проект могу сказать, что язык документального телевидения и объединения усилий между режиссерами такого документального арта, которыми являются Костомаров и Расторгуев, и старорежимной, традиционной документалистики, которую представляет Пивоваров, — это безумно интересный союз. Я не знаю, что у них получилось с полным метром, но то, что у них было коротким метром, мне понравилось. Охотно допускаю, что любое общественно значимое явление будет вызывать не только восторги».

Эдуард Лимонов. политический деятель и писатель:

«Фильм «Срок» не смотрел и не хочу».

Мария Баронова. амнистированная фигурантка «болотного дела » (на своей странице в фейсбуке):

«Документальных фильмов о московских протестах 2011–2012 было уже несколько. Из тех, что я смотрела, — «Зима, уходи» и «Pussy Riot. A Punk Prayer». В обоих случаях я периодически наблюдала за съемками в роли иногда фиксера, иногда стороннего наблюдателя. Ну и ладно, иногда героя. Хотя эта часть всегда самая сомнительная. Оба фильма были ничего, но скорее, чтобы посмотреть на людей, которых знаешь. В остальном — не цепляло. В первом случае не знаю почему. Во втором — оператор Энтони Баттс не владел русским языком, полагался в большинстве случаев на краткосрочный имидж героев фильма и не смотрел на развитие истории в динамике в связи с тем, что фильм надо было выпустить раньше, а не когда все забудут, о чем вообще речь. Владение русским языком здесь ключевое. В итоге в фильме не было показано реальных социальных связей. Их надо чувствовать, со всеми героями надо прожить несколько лет, и только тогда можно будет показать характеры людей и «что было, что стало, а что, возможно, будет». Ну так вот. «Срок» — это не такой случай. «Срок» — это просто самый-самый-самый крутой документальный фильм, который я когда-либо видела. Все, что люди хотели бы скрыть и никогда бы не хотели себя увидеть в таком виде, — все есть в «Сроке». Конец — моя отдельная любовь. Маленький такой шедевр, который я уже видела и где-то год прокручивала именно этот эпизод в голове. В моем мире это проходило под кодовым названием «Все, что вы хотели узнать о московских протестах, но боялись спросить». Огромное-преогромное спасибо создателям фильма за то, что именно этот эпизод они поставили в качестве эпилога. Ну а самую финальную вишенку на торте я буду помнить даже тогда, когда забуду, как меня зовут. Буду помнить только тех, кого любила, и об этой истории. Последние минуты можно пересматривать каждый раз, когда вас посещает какое-нибудь политическое озарение и вам кажется, что нужно что-то срочно делать. Возможно и нужно, но только так, чтобы не увидеть «Срок-2». Что касается меня, то последние года этак полтора я тяжело рефлексировала на тему: «Маша, зачем ты вообще там рядом стояла, ну это же, ну это же, ну Маша. » (далее шел весь мой набор аргументов, которые вы уже сто раз слышали). Так вот. После просмотра фильма у меня больше нет этого чувства сожаления о чем бы то ни было. Иногда некоторые люди в чем-то участвуют. А другие люди снимают об этих событиях фильм. Такой фильм, который лучше всего отразил все комплексы, страхи и надежды поколения москвичей 76–82. Это фильм про всех тех жителей московских офисов, которые однажды, в начале декабря 2011 года, зачем-то вышли на улицу. И так до конца и не поняли, что это, собственно, было. Фильм о тех, рядом с которыми они пошли. И о тех, с кем жители офисов, может, и не очень хотели столкнуться. Посмотрите «Срок». После него гораздо проще перестать думать о том, что же это было, и начать двигаться дальше. Я даже попросила прощение у одного человека, поняв, что была совершенно не права. Все зачем-то делается».

Антон Красовский, журналист (на своей странице в фейсбуке):

«Когда мы запускали Kontr TV, мне позвонил Пивоваров: «Можно, съемочная группа «Срока» поснимает ваш первый день?» «Ну конечно же, можно», — обрадовался я. Через неделю пятиминутная нарезка в жанре «Тупой и еще тупее» вышла в итоговой программе Леонида Парфенова на «Дожде». Люди начали звонить: «Ну вот как же так? Почему они вас так троллят? Это ведь подло так». Некоторые звонившие работали на этом самом «Дожде». Только нам с Минаевым понравился тот сюжет. Я вообще люблю, когда меня троллят, когда надо мной издеваются, ну только когда это и вправду смешно. Мне не западло казаться тупым (тут Волобуев должен встрять: Антон, почему же казаться?), смешным, нелепым, ну и вообще — му. ом. Иначе как можно выглядеть человеком? Это я к тому, что фильм «Срок», который покажут завтра, — очень крутой. И те, кто на него обиделись — кретины, которые даже не могут представить, что нет ничего полезней и прекрасней, чем поржать над собой. Ну и конечно Россия — для Путина. И для Навального. И для нас с вами. Для всех».

Варвара Турова, актриса, музыкант, совладелец клуба «Мастерская» (у себя в фейсбуке):

«Вчера весь день читала отзывы про фильм «Срок», и вот тоже хочу сказать. Большинство вчерашних постов пылали праведным гневом, как это так, уж кто-кто, а Костомаров с Расторгуевым-то просто обязаны были снять так называемую оппозицию так, чтобы она была белоснежной, а они, да они, да как они смели не помочь так называемой оппозиции, а снять ее в эдаком неприглядном свете. Меня страшно возмущает эта претензия, я вот про нее хочу сказать отдельно, что, во-первых, перед художником, режиссером, в том числе режиссером-документалистом, вряд ли обязана стоять только одна задача — помочь так называемым нам. Произведение искусства, пусть даже это документальное кино, не обязано так называемым нам помогать. А во-вторых, никакого неприглядного света в фильме нет и в помине. Наверняка каждый, как обычно, видит что-то свое, но вот, мне кажется, Павел Костомаров, Александр Расторгуев и Алексей Пивоваров сделали невероятно пронзительную, грустную, трогательную картину, про любовь (мне так нравится кадр, в котором Юлия Навальная, смотря какое-то видео на вечеринке, когда все начинают аплодировать, сначала молниеносно оглядывается на мужа, а уж потом решает, хлопать или нет), про одиночество, про то, как молоды мы были, и про то, как у нас ничего не получилось, про иллюзии, мечты и наивность на разрыв. Картина, как и все, что делают Паша с Сашей, помимо всего прочего, невероятно красива, с прозрачным воздухом, музыкой. Это так талантливо и так трогает. Паша, Саша, Алексей, спасибо вам большое, я буду пересматривать эту картину (пока ее не запретят к показу даже дома под одеялом и не будут за нее сажать в тюрьму на 49 лет) много раз. Спасибо и поздравляю».

Комментарии запрещены.

Навигация по записям